Страница 288

[Alexandr Korol]

— Я вспомнил, что раньше я всегда с этим голосом 24 часа в сутки общался.
Как раз тогда, Александр, когда мы с вами познакомились еще давно.
— Да, я помню-помню.
— Да, они вообще знают всё, каждое слово. Я сейчас у них спрошу что угодно
про вас, вам скажу, вы будете в шоке.
— Да я помню, знаю. Видишь, может быть, вообще всё произойдёт вот
сейчас, три дня до дня рождения или три дня после. — вот так он мне
говорит.
— Да, это очень сложный экзамен, что у тебя сейчас идёт третья борьба
со зверем. Должна быть тройка. И вот был первый зверь, потом второй в
человеке, а теперь в тебе. И ты должен себя отшлифовать. Это экзамен
очень сложный.
— А что дальше делать?
— Ну видишь, я тебе сразу говорил, что этот сотрудник тебе не просто дан,
что это не просто какая-то конфликтная ситуация, как люди когда между
собой ругаются, и что это отвлекает тебя от книг. А это часть твоего пути.
Эта ситуация, она специально тебе дана, тебя учат. Тебя учат, тебя шлифуют
через эту ситуацию. А ты хотел этого человека уволить, заблокировать
и убежать от этой проблемы. А от неё не убежать, это экзамен.
— Хорошо, хорошо, я понял. Так хорошо, и вот я сдержался. Представляете,
сейчас вот виделся с сотрудником, и мы не поругались. Представляете,
и он рассказал мне, что он делал сейчас всё это время, пока был уволен.
Представляете, молился, медитировал и дневник вёл.
— Ну видишь, я же тебе сказал, что ты ему помог, что беса из него изгнал, но
у него всё равно бардак в голове. Он еще определяется вообще, что хорошо,
что плохо. Он еще пятьдесят на пятьдесят. Самодурство у него.

Вот так, вот его слово, Александра “Большого”. Он говорит, что у моего
сотрудника, помимо беса, который ушел, есть еще самодурство — это когда
человек сам себя же дурит, сам же путается, и всё равно ещё своими же
мозгами порядок не может навести, не понимает, что хорошо, что плохо,
и у него там всё это перемешку, 50 на 50, светлое и тёмное. И я дальше
говорю Александру: